Газета ВЗГЛЯД публикует январский выпуск «Рейтинга недружественных правительств». Ситуация в первой десятке резко изменилась: Германия, лидировавшая два месяца, опустилась на второе место, а в тройку лидеров неожиданно вошли США. При этом средний индекс враждебности впервые за историю проекта снизился – сразу на 15 пунктов. В чем причина таких изменений и что это означает для России?
«Рейтинг недружественных правительств» за январь 2026 года (.pdf) подвел итоги геополитических отношений России и недружественных правительств в первый месяц нового года. Примечательно, что в январе общий уровень агрессии по отношению к России впервые со старта замеров осенью прошлого года заметно снизился.
В сравнении с декабрем средний балл индекса упал на 15,2 пункта. Обновился и состав десятки недоброжелателей – из нее выбыли Австралия и Болгария, уступив место Словении (55 баллов), Испании (50 баллов), Люксембургу и Португалии (обе страны набрали 35 баллов).
Лидерами рейтинга стали Британия и Франция, получившие по 75 баллов. Германия, удерживавшая первую строчку на протяжении двух месяцев, опустилась на второе место с показателем враждебности 70 баллов. Ее «соседями» в таблице оказались Латвия, Польша и Финляндия. Замыкают тройку США с 65 очками.
С небольшим отставанием на четвертой строке расположилась Дания, набравшая 60 баллов. Следом за Копенгагеном на пятом месте оказались Словения и Нидерланды (по 55 очков). Любляне и Амстердаму удалось вытеснить из пятерки сразу две прибалтийские республики – Эстонию и Литву, которые заняли шестую позицию с 50 баллами.
В сравнении с декабрем средний балл индекса упал на 15,2 пункта. Обновился и состав десятки недоброжелателей – из нее выбыли Австралия и Болгария, уступив место Словении (55 баллов), Испании (50 баллов), Люксембургу и Португалии (обе страны набрали 35 баллов).
Лидерами рейтинга стали Британия и Франция, получившие по 75 баллов. Германия, удерживавшая первую строчку на протяжении двух месяцев, опустилась на второе место с показателем враждебности 70 баллов. Ее «соседями» в таблице оказались Латвия, Польша и Финляндия. Замыкают тройку США с 65 очками.
С небольшим отставанием на четвертой строке расположилась Дания, набравшая 60 баллов. Следом за Копенгагеном на пятом месте оказались Словения и Нидерланды (по 55 очков). Любляне и Амстердаму удалось вытеснить из пятерки сразу две прибалтийские республики – Эстонию и Литву, которые заняли шестую позицию с 50 баллами.
С военно-политической точки зрения главными противниками России в январе стали Британия, Польша и Норвегия. Эти государства продолжали прямые поставки вооружений на Украину, выделяли финансирование для закупок техники в интересах ВСУ и участвовали в учениях НАТО у российских границ.
«Январский рейтинг фиксирует не столько снижение заряда враждебности, сколько его распыление. Причина проста – в первый месяц 2026 года Евроатлантика была занята больше внутренним расколом – борьбой с Трампом и конфликтом вокруг Гренландии», – заявил координатор проекта, руководитель отдела политики газеты ВЗГЛЯД Алексей Нечаев.
«Пока европейские столицы пытались понять, как вести себя с Вашингтоном, антироссийская повестка ушла в режим автопилота. Условной «коалиции желающих» пришлось выбирать – поддержать Данию перед лицом США или Украину, чтобы продолжать давление на Россию. Для Москвы эта ситуация создает определенные преимущества», – отметил он.
«Как только Европе пришлось действовать сразу на двух направлениях, политико-административные механизмы оказались перегружены. Нам выгодно, чтобы эскалация вокруг Гренландии сохранялась и продолжалась без резких скачков. Чем дольше держится эта напряженность, тем сильнее разрушаются отношения внутри НАТО. Соответственно, коллективные возможности давления на Москву существенно сужаются.
«Январский рейтинг фиксирует не столько снижение заряда враждебности, сколько его распыление. Причина проста – в первый месяц 2026 года Евроатлантика была занята больше внутренним расколом – борьбой с Трампом и конфликтом вокруг Гренландии», – заявил координатор проекта, руководитель отдела политики газеты ВЗГЛЯД Алексей Нечаев.
«Пока европейские столицы пытались понять, как вести себя с Вашингтоном, антироссийская повестка ушла в режим автопилота. Условной «коалиции желающих» пришлось выбирать – поддержать Данию перед лицом США или Украину, чтобы продолжать давление на Россию. Для Москвы эта ситуация создает определенные преимущества», – отметил он.
«Как только Европе пришлось действовать сразу на двух направлениях, политико-административные механизмы оказались перегружены. Нам выгодно, чтобы эскалация вокруг Гренландии сохранялась и продолжалась без резких скачков. Чем дольше держится эта напряженность, тем сильнее разрушаются отношения внутри НАТО. Соответственно, коллективные возможности давления на Москву существенно сужаются.
При этом ядро конфронтации никуда не делось – Франция, Германия, Британия, Польша и Финляндия
остаются в верхней части рейтинга. Их позиции почти не меняются, они продолжают тянуть систему к конфронтации, даже когда общий европейский настрой слабеет», – подчеркнул координатор проекта.
«Рейтинг наглядно показывает дефицит управленческих и административных ресурсов Запада. Как только у Европы появился реальный конфликт с США, антироссийская повестка мгновенно ушла на второй план и начала рассыпаться на отдельные эпизоды. Это прямое доказательство того, что «русская угроза» не является объективной реальностью, а представляет собой выдуманный пропагандистский конструкт, работоспособный лишь при отсутствии более серьезных вызовов для Европы», – полагает Нечаев.
«Рейтинг наглядно показывает дефицит управленческих и административных ресурсов Запада. Как только у Европы появился реальный конфликт с США, антироссийская повестка мгновенно ушла на второй план и начала рассыпаться на отдельные эпизоды. Это прямое доказательство того, что «русская угроза» не является объективной реальностью, а представляет собой выдуманный пропагандистский конструкт, работоспособный лишь при отсутствии более серьезных вызовов для Европы», – полагает Нечаев.
Январь показал, что критерии начисления баллов недружественности должны адаптироваться к быстро меняющейся международной обстановке, отметил Евгений Поздняков, корреспондент газеты ВЗГЛЯД и методолог проекта.
«Еще в декабре западные страны активно обсуждали изъятие российских активов, – пояснил он. – Тогда любые заявления по этой теме служили водоразделом между нейтральными странами и теми, кто занимал агрессивную позицию по отношению к Москве. В январе споры вокруг активов утихли, а на первый план вышли обсуждения задержаний танкеров, которые в Европе связывают с Россией».
«Именно поэтому мы включили данный фактор в итоговый расчет индекса. Это изменение не требует переосмысления методологической рамки – она устоялась, но при этом остается гибкой, позволяя корректировать нюансы расчетов под актуальную повестку. Кто знает, может через несколько месяцев европейцы забудут о наших танкерах и переключатся на что-то еще в своих угрозах?» – иронично добавил Поздняков.
«Еще в декабре западные страны активно обсуждали изъятие российских активов, – пояснил он. – Тогда любые заявления по этой теме служили водоразделом между нейтральными странами и теми, кто занимал агрессивную позицию по отношению к Москве. В январе споры вокруг активов утихли, а на первый план вышли обсуждения задержаний танкеров, которые в Европе связывают с Россией».
«Именно поэтому мы включили данный фактор в итоговый расчет индекса. Это изменение не требует переосмысления методологической рамки – она устоялась, но при этом остается гибкой, позволяя корректировать нюансы расчетов под актуальную повестку. Кто знает, может через несколько месяцев европейцы забудут о наших танкерах и переключатся на что-то еще в своих угрозах?» – иронично добавил Поздняков.
Свою роль играет и то, что в настоящее время на Западе активно обсуждается переговорный процесс между Россией, США и Украиной, напоминает Вадим Козюлин, заведующий центром ИАМП Дипломатической академии МИД РФ. «При этом многие официальные лица США отмечают, что для урегулирования текущего конфликта осталось решить лишь территориальный вопрос, – пояснил он. –
Такая неопределенность сама по себе заставляет Европу несколько сбавить обороты в противостоянии с Россией».
Но резкое снижение индекса враждебности у стран ЕС объясняется и другим фактором. Разрыв трансатлантического единства продолжается и в январе он достиг своего апогея – трениями вокруг Гренландии. «Члены Евросоюза были вынуждены реагировать на попытки Трампа перехватить контроль над островом, что естественным образом отвлекло их от противостояния с Россией», – пояснил Козюлин.
По словам эксперта, отправка войск НАТО в Гренландию не была направлена непосредственно против Москвы, но учитывая стратегическую важность региона, РФ необходимо внимательно следить за действиями ЕС и США. «Подобным «потеплением» отношений с европейцами обольщаться не стоит», – подчеркнул эксперт.
«Важно понимать, что речь не о глубоком внешнеполитическом тренде. Сильная, резкая политика США выступила для Европы отвлекающим маневром. Поэтому какого-либо сближения Москвы и Брюсселя ожидать не стоит. Этот сценарий был бы полезен Европе, но местные политики слишком идеологизированы, чтобы трезво оценивать обстановку», – отметил собеседник.
«Что касается Финляндии, то рост ее показателей враждебности связан с политикой действующего президента Александра Стубба. Он последовательно стремится вывести Хельсинки в число лидеров ЕС, поэтому смягчения курса в отношении России не произошло», – заключил Козюлин.
«Важно понимать, что речь не о глубоком внешнеполитическом тренде. Сильная, резкая политика США выступила для Европы отвлекающим маневром. Поэтому какого-либо сближения Москвы и Брюсселя ожидать не стоит. Этот сценарий был бы полезен Европе, но местные политики слишком идеологизированы, чтобы трезво оценивать обстановку», – отметил собеседник.
«Что касается Финляндии, то рост ее показателей враждебности связан с политикой действующего президента Александра Стубба. Он последовательно стремится вывести Хельсинки в число лидеров ЕС, поэтому смягчения курса в отношении России не произошло», – заключил Козюлин.
